Categories:

Царствование императора Николая II в цифрах и фактах.Ч.2.

Бюджет Министерства народного просвещения, пишет Бразоль, за 1894—1914 гг. вырос с 25,2 млн до 161,2 млн руб. при значительном росте числа учащихся. Но соответствовал ли этот рост потребностям народа в условиях мирового прогресса? Ответить на этот вопрос можно только путем сравнения с другими странами, чего автор тщательно избегает. Что касается основы основ всякой цивилизации — грамотности народной массы,— мы провели сравнение (см. табл. 13).

Как показывают цифры, начальных школ в России относительно числа жителей было втрое меньше, чем в странах Запада. Число школьников было в 3,2 раза меньше, чем в «просвещенных», и в 2,3 раза меньше, чем в «обездоленных» странах Европы. Столь же значительно, в 4 и 1,8 раза отставала Россия и по количеству учителей. Только по числу учащихся на одного учителя Россия была впереди «обездоленных» стран.

Начальное образование в России понималось властями чрезвычайно узко, как умение читать, писать, считать и знать наизусть несколько молитв, начиная с «Отче наш». Поэтому подавляющее число начальных школ было одногодичными («одноклассными»). Двухклассных школ было мало (например, в 1903 г. двухклассную школу окончили лишь 9% школьников). Грамота для женщины-крестьянки считалась излишней роскошью, почему девочки и /70/

Таблица 13. Начальное образование в России и странах Европы в 1910-1914 гг.

Таблица 14. Смертность в России и в Западной Европе*

Таблица 15. Территория и поголовье скота на одного ветеринарного врача*

составляли лишь 28,4% всех школьников. Учащихся заставляли зубрить азы, но не учили думать, чтобы легче было управлять этими «грамотными».

Что касается постановки высшего и среднего образования в России, не имея под рукой статистических данных, сошлемся на авторитетное мнение предпоследнего российского министра народного просвещения графа П.Н. Игнатьева. Во «всеподданнейшем докладе» от 13 июня 1916 г. он писал царю:

«Изучая далее вопрос... я встретился с явлением, которое грозит затормозить не только общий рост народного образования, но и может послужить препятствием к широкому развитию профессиональных знаний. Явление, это заключается в быстро растущем некомплекте преподавателей общеобразовательных предметов в средних учебных заведениях... По статистическим данным, некомплект этот в некоторых местностях Империи превышает 40% общего числа преподавателей...»[25].

Министр ходатайствовал об увеличении физико-математических и историко-филологических факультетов, т.е. новых университетов, чему противился последний самодержец. Известна его резолюция на одном из докладов министра народного просвещения:

«Я считаю, что Россия нуждается в открытии высших специальных заведений, а еще больше в средних технических и сельскохозяйственных школах, но что с нее вполне достаточно существующих университетов. Принять эту резолюцию за руководящее мое указание» [26]

Обошел Б.Л. Бразоль и вопрос о состоянии народного здравия в России. Характерным показателем состояния здравоохранения в любой стране является уровень смертности населения. По этому показателю Россия далеко «опережала» не только передовые, но и наиболее отсталые страны Европы. Особенно велика была смертность от заразных болезней: от них ежегодно умирал каждый двадцатый житель страны (см. табл. 14).

В приведенном в таблице перечне заразных болезней не указана холера, В XIX в. Россия перенесла пять холерных эпидемий. В первом же десятилетии XX в. они вспыхивали дважды. Во время эпидемии 1902—1904 гг. официально зарегистрировано 11 872 заболевших холерой, из которых умерло 8014 человек. Очаговые вспышки ее появлялись и позднее, в частности, в Саратовской губернии,переросшие в 1907 г. в невиданную эпидемию, продолжавшуюся до 1911г. За это время в Европейской России холерой заболело 310632 человек, из которых умерло 146 905 (в среднегодовом исчислении по 29,4 тыс. человек в год,или по 25 на каждые 100 тыс. населения этой части империи).

Рассмотрим также обойденный Бразолем вопрос о состоянии ветеринарного /72/ дела в России. Имеющиеся данные на 1907 г. о количестве скота и территории, приходящихся на одного ветеринарного врача в разных странах, сведены в таблицу 15. В упомянутом докладе министра П.Н. Игнатьева, обеспокоенного подготовкой специалистов для этой отрасли, говорится:

«По расчету Министерства внутренних дел, для более или менее правильного устройства ветеринарного надзора потребовалось бы по меньшей мере 8000 ветеринаров, в то время как их имеется немного более 3000 человек, и существующие 4 ветеринарных института не в состоянии увеличить свои выпуски».

Очень важное значение имеет, конечно, земельный вопрос, отнесенный в брошюре на последнее место. Именно в этом разделе заключена самая большая ложь разбираемого опуса, выраженная словами: аграрный вопрос «нашел счастливое разрешение в царствование императора Николая II».

Не требуется специальных изысканий для опровержения утверждения Бразоля, что в 1861 г. «русские крестьяне получили за небольшую плату земли, добровольно уступленные помещиками, по большей части дворянами». Огромная русская экономическая литература еще в XIX в. доказала, что так называемое «освобождение» было бессовестнейшим грабежом крестьянства двояким образом: и отрезками земли, и непомерными выкупными платежами. Недаром во избежание всеобщего бунта эти платежи в начале 80-х гг. были значительно снижены (закон от 28 декабря 1882 г.).

Говоря о столыпинском курсе на насаждение крестьянской частной земельной собственности, Бразоль нечаянно раскрывает истинную цель этой политики: «Не имея собственности, которую надо было бы защищать, он (крестьянин ) так же небрежно относился и к чужой собственности», т.е. к помещичьей земле. Почему-то автор начинает излагать ход столыпинской реформы не с ее сердцевины — разрушения общины, а с переселений крестьян за Урал. Однако тщетно было бы искать в брошюре цифры о переселенцах. А они таковы: после 1905 г. переселилось 3,7 млн, а возвратилось обратно 1 млн человек; 700 тыс. частью разбрелись по Сибири, частью погибли, и лишь 2 млн человек, т.е. немногим больше половины, сумели закрепиться на земле. Автор, правда, одну цифру называет — пособие в 200 руб. на семью, но в действительности ссуда (а не пособие) для переселенцев в Сибирь равнялась 150 руб., что было совершенно недостаточно для обзаведения на новом месте, И сибирское земледелие не достигло, как утверждает автор, «полного расцвета». Сбор зерна на душу с 1905 по 1914 г. увеличился всего лишь с 35,9 до 36,7 пуд. При этом имеющиеся излишки зерна вывозить было невыгодно: русские помещики руками правительства установили в Челябинске железнодорожный тарифный перелом (существовал до 1913 г.), за которым дальнейшее движение зерна приносило голый убыток. Оставалось вывозить самый транспортабельный груз — масло коровье. Но Россия была бедна вагонами-рефрижераторами, и, приготовленное в антисанитарных условиях, оно в пути еще больше теряло качество. Скота, конечно, было много в Сибири, и количество его все увеличивалось. С 1905 по 1914 г. поголовье в переводе на крупный рогатый скот возросло с 7,5 до 10,3 млн голов. Но в связи с приростом старожильческого населения и особенно с притоком переселенцев число голов скота на 100 человек снизилось со 157,1 до 132,5 [27].

В отношении основанного в 1882 г. Крестьянского поземельного банка, который правительство Столыпина, по Бразолю, уполномочило скупать помещичьи земли (в действительности это право предоставил банку С.Ю. Витте еще в 1895 г.) и перепродавать их крестьянам на «исключительно льготных условиях», можно сказать следующее. Автор указывает на льготный годовой процент (4,5%), по которому крестьяне погашали ссуду за купленную землю (обычно на 55,5 лет). Но ссуда только записывалась за крестьянами, а за купленную у них землю деньги получали помещики, частью наличными, а главным образом 5-процентными свидетельствами или 6-процентными именными обязательствами. Эти пол- или полуторапроцентные лишки складывались /73/ в десятки миллионов рублей и составляли убытки банка, которые покрывались казначейством. А доходы казначейства составлялись из взносов налогоплательщиков, в основном крестьян. Так процентные подарки банка помещикам опять-таки ложились на крестьян.

Автор восторгается добротой Николая II, отменившего выкупные платежи с 1907 г. Зато один Крестьянский банк в 1913 г. собрал 88 млн руб. платежей, отобрав за неуплату взносов в срок 547 тыс. дес. земли, и пустив по миру 57 тыс. крестьянских семей.

Б.Л. Бразоль, как и следовало ожидать, обошел и вопрос о карательной практике администрации Николая II, его личном отношении и роли в этом деле. Восполним вкратце этот досадный «недосмотр», приведя любопытное письмо военного министра А.Ф. Редигера Столыпину.

Военный министр Его
превосходительству
1 июля 1906 года П. А. Столыпину
№ 751 Секретно
Милостивый Государь, Петр Аркадьевич
По поводу Всеподданнейшего доклада моего с ходатайством о замене одному из осужденных военным судом гражданских лиц смертной казни каторжными работами Государю Императору угодно было указать, что смертная казнь в настоящее время является, к сожалению, неизбежной, но необходимо, чтобы лица, совершившие преступления, караемые смертной казнью, не томились долгие сроки в ее ожидании и чтобы приговоры в этих случаях постановлялись и исполнялись не позже 48 часов после совершения преступления. Такое быстрое наказание будет вместе с тем иметь и более устрашающее действие. Ввиду этого Государь Император соизволил повелеть: ныне же пересмотреть, в чем нужно, соответствующие законы с тем, чтобы в тех случаях, когда факт совершения преступления, караемого казнью, не подлежит никакому сомнению и вина подсудимого очевидна, все судебные действия заканчивались в указанный кратчайший срок.
Так как соответственный законопроект предполагалось выработать при участии Министерства юстиции, то Главный Военный Прокурор имел объяснение по этому предмету с Министром юстиции, который, со своей стороны, признал, что возбужденный вопрос подлежит, по его важности, предварительному обсуждению Совета Министров и может вызвать необходимость особого доклада Государю Императору.
Об изложенном имею честь уведомить Ваше Превосходительство. Прошу принять уверение в совершенном уважении и преданности.

РГИА, ф. 1276, on. 1, д. 92, л. 11.

После очередного доклада премьер-министра царю окончательно был решен вопрос о введении военно-полевых судов. Вступление в действие их было ускорено взрывом 12 августа 1906 г. дачи Столыпина на Аптекарском острове, когда погибли 27 и было ранено 32 человека, и в их числе двое детей Столыпина.

Уже 19 августа был опубликован указ о введении военно-полевых судов. За восемь месяцев своего действия они рассмотрели дела о 1350 преступниках, из них приговорено к смертной казни 1102, 71 оказался привлеченным к суду без всякого основания и был «помилован», остальные приговорены к различным видам наказаний, большинство — к бессрочной каторге.

Военно-полевой суд составлялся начальником гарнизона (базы) из пяти подвернувшихся под руку офицеров, коих в изобилии обреталось при разных штабах; пятерка и вершила суд, без приглашения обвинителя и защитника.

В таблице 16 приведены данные о смертных приговорах и казнях в России /74/

Таблица 16. Смертные казни и приговоры в 1905 — 1909 гг.*

за 1905 — первый квартал 1909 г. по двум видам судов. Но важны не только абсолютные цифры, важнее отражаемые ими процессы и тенденции. И тут мы встречаемся с двумя кажущимися несообразностями. Во-первых, военно-окружными судами в разгар революции (1905—1906 гг.) вынесено 14% смертных приговоров и совершено по ним 9% казней. Все остальные приговоры (86%) и казни (91%) пришлись на период спада революции и «мирное» время. Из числа приговоренных к смерти казнили во время революции менее одной трети (29%), а после нее — почти половину (48%) и, что весьма примечательно, процент казненных к числу приговоренных к смерти год от года неуклонно нарастал, пока в 1909 г. не сравнялся с процентом казненных по приговорам отмененных 19 апреля 1907 г. военно-полевых судов.

Кроме того, во время подавления восстаний и разгона демонстраций за годы правления Николая II убито 17 582 и ранено 28 051 человек. В течение 1905—1912 гг. в тюрьмах умерло 30 424, покончили самоубийством 928 человек [28].

Сравнительные данные по царствованиям других лиц династии мы не приводим ввиду «чересполосности» таких данных. Но одно совершенно ясно: царствование Николая II было самым кровавым. Особенно тяжелым в последние двадцать три года российской монархии оказалось положение так называемых «инородцев», и прежде всего евреев. В правление Николая II еврейские погромы стали заурядным явлением. Организовывались они обычно «патриотами» — членами черносотенных организаций — Союза русского народа и Союза Михаила Архангела, которым царь открыто покровительствовал, подолгу беседуя с главой «союзников» А.И. Дубровиным. В погромах погибло 21 тыс. человек и получило ранения 31 тыс. человек, но ни один из погромщиков не был привлечен к суду и не был как-либо наказан. Размах репрессий в России в ходе, а особенно после революции 1905—1907 гг. был настолько широк, что хорошо осведомленный современник событий записал: «Чуть не в каждой семье имеются близкие люди, которых так или иначе задело маховое колесо русской истории последних лет, кровавых, беспощадных и страшных» [29].

В заключение приведем эпизод из романа А. Солженицына «Август четырнадцатого». В самом его начале недавняя гимназистка Варя размышляла:

«А еще: разобраться, как это сразу все заскособочилось, куда поползло? Всего месяц назад, три недели назад, кажется, никакой мыслящий русский гражданин не сомневался, что глава России — презренная личность, недостойная даже серьезного упоминания, немыслимо было без насмешки /75/ повторить его слова. И вдруг в день-два все изменилось».

Героиня романа имела в виду массовую вспышку шовинизма и возвеличивания царя в начале первой мировой войны, что сегодня — голубая мечта наших сегодняшних монархистов.

Примечания

1. Шванебах П. X. Денежное преобразование и народное хозяйство. СПб., 1901. С. 113.

2. История СССР. Т. VI. М., 1968. С. 277.

3. Сидоров А. Л. Финансовое положение России в годы первой мировой войны (1914—1917). М., 1960. С. 33.

4. Там же. С. 84.

5. Там же. С. 105.

6. Лященко П. И. История народного хозяйства СССР. Т. II. Капитализм. Л., 1952. С. 415.

7. Там же.

8. Там же.

9. Брейтерман А. Д. Медная промышленность дореволюционной России. Л., 1954. С. 17—18.

10. Там же. С. 19.

11. Материалы к докладу Совета экстренному съезду горнопромышленников Юга России 17 марта 1914 г. о таможенных пошлинах. Харьков. 1914. С. 24.

12. Там же. С. 24—25.

13. Вывоз и привоз главнейших товаров во внешней торговле России. СПб., 1914. С. 12.

14. Касперович Г. Железоделательная промышленность России за последнее десятилетие (1903—1912 гг.). СПб., 1913. С. 5.

15. РГИА, ф. 560 — Общая канцелярия министра, оп. 26, д. 948. 1911 г., л. 18, 24.

16. Там же, л. 28—29.

17. Дубровский С.М. Столыпинская земельная реформа. 1963. С. 431.

18. Отчет об оказании агрономической помощи землеустроенным хозяйствам. Пенза, 1913.

19. Цит. по: Сидоров А.Л. Указ. соч. С. 85.

20. См.: Дубровский С.М. Указ. соч. С. 435.

21. Сельское хозяйство и лесоводство. 1903. № 5. С. 316.

22. Сидоров А.Л. Указ. соч. С. 40.

23. Вайнштейн А.Л. Обложение и платежи крестьянства в довоенное и революционное время. М., 1924.

24. Подсчитано нами по: Сборник статистико-экономических сведений по сельскому хозяйству России и иностранных государств. СПб., 1912. С. 1, 2, 493.

25. РГИА, ф. 25, оп. 5, д. 6, л. 592.

26. Там же.

27. Все расчеты по Сибири сделаны по: Горюшкин Л.М. Сибирское крестьянство на рубеже двух веков. Новосибирск, 1967.

28. Энциклопедический словарь «Гранат». Т. 36. С. 650.

29. Изгоев А. П.А. Столыпин: Очерк жизни и деятельности. СПб., 1913. С. 133.

Андрей Анфимов

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened